[VK ссылка] Правила по магии и мистике

Правила по магии и мистике В игре есть: Литературные источники : Древние сказки, саги и традиции, каждая из которых имеет мистическое обоснование и магическую подоплеку. Они позволяют понять, какие магические вещи в игре можно найти, какие ритуалы можно проводить. Они передавались из уст в уста и записывались историками столетиями, от того информация в них может быть неполной, искаженной намеренно или приукрашеной литературным гением рассказчика. Хотите знать наверняка - найдите несколько версий одной и той же легенды и сравните - совпадающие части будут правдивы. Легендарные магические предметы . Как только игроки их находят - они получают сертификат к вещи - по сути рецепт, как и в каких случаях ее можно использовать. Если условия использования связаны с личностью обладателя - на такой вещи есть наклейка “сходи к мастеру”. Эти вещи уникальны, их немного. Ритуалы. Некоторые известны заранее и имеют четкую схему проведения. Другие - можно восстановить по сказкам и легендам и попытаться поэкспериментировать, или придумать свой собственный, основываясь на прочитанном/увиденном. Как правило, ритуалы требуют ресурсов и жертв. Проводящий ритуал может заменить их на свой страх и риск. Сны . Они несут в себе важную информацию и подсказки по квестам. Сущности мистического пласта. Призраки . Об их существовании знают все, более того - оно научно доказано. Большинство ученых мужей сходятся на том, что призраком становится умерший, имеющий много незавершенных земных дел, или же привязанный к определенной вещи, т.е. попросту жадный. Призраки на игре есть двух видов: Персонифицированные. Это игрок или игротех, у него бледное лицо (или маска вместо лица), и синий диод на костюме. Они не могут разговаривать: или очень противно поют, или общаются жестами (карточками с буквами, составляя слова). Желающему пообщаться с призраком рекомендуется сделать карточки. Призраки умеют обманывать зрение тех, кто с ними общается. Если это происходит - призрак показывает находящимся рядом с ним живым карточку “морок” и описывает, что происходит. При этом личности попавших под воздействия не меняются, и друг друга они узнают. Призраки, живущие в предметах. Если персонаж находит такой предмет, то привязанный к нему призрак вселяется в этого персонажа до тех пор, пока он не выполнит держащую призрака в этом мире задачу. (Задач класса “самоубейся”, “зарежь лучшего друга” и прочей дичи - не будет). Чип на предмете “сходи к мастеру”. Одержимость и задача описана аскольдокартой. Выходцы. О них существует множество сказок, описывающих и поведение этой нечисти и способы защиты от оной. Все эти истории сходятся в одном - выходцем может стать человек, погибший “дурной смертью”. А может - и не стать. Дурная смерть - это самоубийство, убийство из-подтишка, отравление. Выходец маркируется зеленым диодом на костюме, но может какое-то время прятать его огонек рукой - в зависимости от условий. Спутники. В Талиге их называют Астерами, в Дриксен и Гаунау - Фюльгьями или Младшими Богами. В преддверии Великого Излома они довольно могущественны. Спутник может выглядеть как захочет. Если он выглядит как человек - то ведет себя как человек. Если он желает открыть свою истинную суть - он показывает персонажу красный диод и рассказывает, что происходит с человеком. Верьте Спутнику с красным диодом. Спутники обычно дружелюбны к людям и часто им помогают, но в некоторых ситуациях могут убить человека, просто пожелав ему смерти. Кто знает бэк - знает почему и как это работает. Всем остальным рекомендуется поискать эту информацию по игре. Ответы на часто задаваемые вопросы. Можно ли магией навредить человеку целенаправленно? Это очень сложно сделать, т.к магия в мире изначально создана для помощи людям. Никаких «готовых» ритуалов по нанесению вреда - не предусмотрено. Можно ли навредить магией самому себе? Можно, в случае неудачного ритуала. Цитата из книги, описывающая магический ритуал. За столом, похожим на алтарь, собрался цвет талигойского дворянства. Ведут они себя как… ролевики. Вода, растекшись по каменному столу, добралась до ближайшего края, и по полу дробно, по-весеннему, забарабанило. Больше не происходило ничего, а что делать, и делать ли, Ворон не сказал. Робер оглянулся на дверь, потом покосился на соучастников – Валме кривился, Салиган засыпал. На всякий случай Эпинэ нащупал шрам на запястье – тот и не думал кровить, а на потолке не проступало ни ликов, ни складывавшихся в пегую клячу пятен. Созвездия в черном зеркале тоже не возникали. Звук капели стал реже – лужа понемногу иссякала, она ни змея не помнила и ничему не могла научить. – Вдумчиво, – зевнул Салиган, – но скучно. Надо что-то делать. – Давайте, – оживился Иноходец. – Что? – Залезем на или под стол, – предложил дукс. – Остальное опошлено, особенно – кровавые жертвы. – Отчего же? – Алва все еще вглядывался в блестящую поверхность. – Принести в жертву барона при помощи найденного им же меча не худший ход. Для нового Иссерциала, когда он наконец появится. - Рамон, где твой кот? – Не надо! – Робер торопливо закатал рукав. – Лучше я… – Хорошо, лезь! – Лезть? – На стол, – уточнил Салиган, – а ты что подумал? – Что мы на черном столе в полночь примемся резать котов и баронов, – со смешком подсказал Алва. – Возможно, начертав что-нибудь древнее. Ро, неужели ты не слышал, как бергеры строят мост от пива с пирогами к витанию духа? – Не доводилось. И как это делают? – При помощи кошек. Бросают в снег, который затем собирают. – Рокэ, вы… серьезно? – Почему нет? – Алва провел рукой по вороной столешнице, будто лошадь погладил. – Дураки вечно путают величие с напыщенностью и вино с бутылкой, вспомни хотя бы судебную мистерию. Плести венки и шить халаты вместо того, чтоб разобраться в законах – несусветная глупость. – А кошка в снегу? Разве нет? – Это достаточно нелепо, чтобы оказаться не кожурой, а каштаном. – Ну так давайте попробуем, – буркнул Валме, – и уберемся отсюда. – Вы обнаглели, – отрезал Салиган. – Мало того, что по вашей милости я угробил с полдюжины свободных данариев и прогулял сегодняшнюю драку в дуксии, теперь вы покушаетесь на существо, которое обещает стать мне родным! Кот, будучи брошен в снег, оскорбится и уйдет в ночь. Навсегда. И не вздумайте брякнуть, что на конюшне таких хвостов дюжины! Мне нужен именно Раймон, а если мы с ним разминемся? Если я его при встрече не узнаю? – Узнаешь, он будет мокрым. Марсель, Готти сможет без риска для собственного носа поймать в парке оскорбленного кота и вернуть живьем Рамону? – Он постарается, – до странности молчаливый виконт размазывал пальцем ту же лужу, что и Алва. – Значит, вы ничего не увидели? – Совершенно, – подтвердил дукс. – Рокэ, если не поможет кот, можно возлить на алтарь вчерашний суп. С алатским перцем, он и не такое проберет. – Можно. – Болтал маркиз, но Алва смотрел на Валме, очень странно смотрел. – Мы ничего не видели, а ты? – Ну что я мог видеть? – с отвращением вопросил виконт. – Разумеется, Рожу, и она опять парила. Или витала. Рокэ с Эпинэ и Салиганом созерцали снежную кучу; Марселю и таки ухваченному Котиком коту было не до того – вымокший Раймон остервенело вылизывался, сухой виконт пытался думать. Ужасно хотелось что-то понять, увязать и вывалить на Алву, когда тот поднимет взор от белого, черного и мокрого. Рассчитывать на глаза не приходилось – зловредный стол, показав виконту Рожу, занялся другими. Взятый им в оборот Эпинэ был сосредоточен и при этом столь счастлив, что Валме за него порадовался, тем паче других поводов для радости не наблюдалось. Салиган словно бы играл в карты и как раз готовился передергивать, а Рокэ просто замер, склонив голову к плечу.